Каталог статей

Главная » Статьи » Знаменитые пчеловоды.

Выдающийся пчеловод А.С. Буткевич (1859-1934) - практик и исследователь.
 
                            
                 А. С. Буткевич. Фотография 1883 г. Из собр. Музея «Каторга и Ссылка».

После А.М. Бутлерова, пожалуй, никто не пользовался такой популярностью у пчеловодов, как Анатолий Степанович Буткевич. Его бесчисленные эксперименты и научные исследования дали ответы на многие сложные вопросы пчеловодной практики.
Его по праву считают родоначальником опытного пчеловодного дела. Скромный хутор близ Крапивны, где он ставил свои знаменитые опыты, знала вся пчеловодная Россия.
Анатолий Степанович Буткевич - ученый-энтузиаст. В области пчеловодства он обладал поистине энциклопедическими знаниями и огромной работоспобностью. Им написана масса статей, много книг и семитомная энциклопедия пчеловодства - труд фундаментальный, под силу, казалось бы, только коллективу ученых. Это в полном смысле слова научный подвиг А.С. Буткевича.
И в статьях, которые печатались буквально во всех русских журналах, и в превосходных книгах, по которым почти все учились пчеловодству, и в энциклопедии с поразительной силой раскрылись исследовательский талант и аналитический ум ученого. Труды А.С. Буткевича представляют большую практическую ценность.
Родился Анатолий Степанович в 1859 году, в семье военного в Ярославской губернии, где служил в то время его отец - майор русской армии.
Как только отец вышел в отставку, семья переехала в Тульскую губернию, где он приобрел небольшое имение. Здесь, на хуторе Русанове, близ Крапивны, в чудесном месте, где протекала тихая Упа и тянулись знаменитые широколиственные тульские засеки, и прошли детские годы Буткевича.
Учился он сначала в Тульской гимназии, потом, с пятого класса, в Орловском реальном училище. В 1880 году поступил в Петровскую земледельческую и лесную академию, готовился стать лесоводом.
Петровская академия всегда отличалась своим демократизмом, а в эти бурные восьмидесятые годы в студенческой среде были особенно сильны идеи народничества и революционности. Нелегальные студенческие кружки, сходки, демонстрации носили явно выраженный политический характер. В них принимал участие и студент-второкурсник Анатолий Буткевич. Больше того, он был одним из организаторов выступления студентов.
Буткевич, как зачинщик, был арестован и "по политическому делу" осужден и сослан на пять лет в Сибирь.
Но не сломила его воли эта ссылка в далекую Тобольскую губернию. Здесь началась его литературная деятельность. Он писал вольнолюбивые стихи, а также рассказы и статьи, печатался в сибирских газетах и журналах.
Проведя в Сибири четыре года, Буткевич тяжело заболел. Ему разрешили вернуться на родину, под надзор полиции. В конце срока, как неблагонадежный, снова был арестован и посажен в тюрьму. К счастью, заключение это длилось недолго.
После освобождения увлекся философией и идеями своего земляка Л.Н. Толстого, лично близко сошелся с ним. На своем хуторе открыл бесплатную школу для крестьянских детей и учил их грамоте, следуя толстовским педагогическим принципам.
Но власти, усмотрев в учителе человека опасного, который может "дурно влиять на детей", запретили ему заниматься педагогической деятельностью.
Искания молодого Буткевича привели его на юг, где он принял участие в земледельческой общине, которая, кстати, просуществовала недолго, работал с товарищами-интеллигентами по столярной части в деревнях.
Вернувшись домой, получил от отца клочок земли, чтобы как-то жить с семьей, занялся крестьянским хозяйством.
Пчеловодством он занялся в 1894 году. Позже, вспоминая, Анатолий Степанович писал: "Если у меня есть теперь занятие, наполняющее содержанием мою повседневную жизнь и дающее средства к существованию мне и моей семье, то за это мне нужно быть благодарным, прежде всего, моему покойному отцу".
Анатолий Степанович детально изучал пособия по пчеловодству самых известных и авторитетных пчеловодов. Вот что рассказывал он об этом: "Первым моим учителем по пчеловодству был Бутлеров и книга Лангстрота "Пчела и улей", которая тогда была у нас еще новинкой. Это превосходное руководство, написанное увлекательным языком, я прочел как роман. Оно первое заставило меня заинтересоваться пчеловодством, вызвало сильное желание применить к практике познания, из него вынесенные. Ведь всякое дело только тогда захватывает человека всецело, когда оно дает дело не только рукам, но и голове, и когда я познакомился с пчеловодством теоретически, оно приобрело для меня новый интерес и с этой чисто интеллектуальной стороны".
С каким увлечением начал делать он рамочные ульи! Впору было показывать их на выставках - столярным мастерством А.С. Буткевич владел превосход­но. Вскоре все 100 пчелиных семей были переведены из колод в современные рамочные ульи его работы. Но не все пошло так, как хотел молодой пчеловод. Обстоятельства будто испытывали его. Засуха 1894 году унесла более половины пасеки. Не успел оправиться от постигшей его катастрофы, как обнаружил гнилец. Два года интенсивно боролся он с этой болезнью. Ему удалось оздоровить пасеку. И вот новая напасть: сложившиеся погодные условия способствовали тому, что пчелы заготовили очень много падевого меда. Это уже был полный разгром. Такие напасти могли бы отбить охоту к пчеловодству у самого старательного любителя, но Буткевич не собирался сдаваться. Испытания, наоборот, многому его научили.
По его расчетам, предельный размер пасеки, с которой можно получать доходы, чтобы жить на них, - 200 семей.
Такую пасеку он потом и имел. Подыскал для нее более удобное и богатое медоносными растениями место примерно в трех километрах от старого, вблизи многоцветных заливных лугов по Упе и тульских засек с огромным массивом вековой липы.
С этого времени не было у него ни одного бездоходного сезона, хотя годы складывались разные и не всегда благоприятные. В 1908 году от 168 пчелиных семей он получил 6147 килограммов центробежного и 165 килограммов сотового меда. Это был самый высокий показатель за всю историю его пчеловождения.
На пасеке в Тризнове хуторе А. С. Буткевич и ставил свои эксперименты. Сначала опыты носили случайный характер, вытекали из потребностей каждодневной практики, потом приобрели систему, приняли особенности и характер научного эксперимента. Критерием оценки служил конечный результат - количество меда. Он и решал вопрос о преимуществе одного приема или непрактичности другого. Конечно, учитывались и другие нюансы, но решающей роли они не играли. Опыты дублировались, ставились два-три, а то и четыре раза и проверялись в разных погодно-медосборных обстоятельствах. Только после такой тщательной проверки делал Буткевич окончательные выводы. Конечно, опытная группа семей выключалась из баланса его пасеки, снижала общий выход меда, увеличивала объем работ, но на это шел экспериментатор.
А.С. Буткевич с первых же шагов принял для себя 12-рамочный улей Дадана. И он его вполне устраивал, особенно на первых порах. Однако, вскоре он начал испытывать трудности, которые как раз и обусловливались конструкцией улья. В конце медосборного сезона он обнаруживал, что гнезда бывают почти пусты, хотя магазины набиты медом. После их удаления семьи оставались без корма. На зиму приходилось их кормить или сахаром, или медовой сытой. Хоть это, по его словам, и "не беда", однако требовало громадных затрат труда, было хлопотно и небезопасно в смысле пчелиного воровства и распространения болезней. К тому же подкормки не всегда надежны. Такого, кстати, не бывает в многоярусных ульях Лангстрота. Там семьям сверх гнезд оставляют по одной полномедной надставке, что и гарантирует надежную зимовку в любой зоне страны.
В 1913 году А.С. Буткевич признается уже в другом: "В даданах есть одно неудобство: это невозможность при желании перейти на ярусные противороевые системы".
Дадановский улей перестал его устраивать. А.С. Буткевич создал улей своей конструкции, которым, по его замыслу, хотел примирить все наиболее типичные и популярные системы медового хозяйства. Назвал он его универсальным, или ульем для всех пчеловодов и всех мест.
Идея создания улья одного типа для всех пчеловодных зон, бесспорно, прогрессивна. Она не утратила своего значения и в наши дни.
Универсальный улей Буткевича вмещал 16 гнездовых рамок чуть ниже дадановских и чуть выше лангстротовских, имел четыре надставки на полурамку, три подкрышника (в них можно было ставить секционные рамки), отъемное дно, снабжался запасным дном и крышей.
Улей производил впечатление очень сложного, громоздкого сооружения. Для кочевки он оказался непригодным, а стационарное пчеловодство отживало свой век. Да и семьи в нем не уменьшили желания роиться. Компромисс между ульями Дадана и Лангстрота не удовлетворил конструктора. Почти до конца своих дней он продолжал совершенствовать и упрощать улей. Однако он так и не нашел поддержки у пчеловодов. Впечатляющие универсалы стояли лишь на пасеке самого автора.
Примирить две совершенно противоположные системы ухода, как и уйти от роения в дадановских и универсальных ульях, А.С. Буткевичу не удалось. "Для меня,- писал он,- удерживать пчел в отчих ульях оказалось невозможным, хотя я и перепробовал не одно средство, чтобы достигнуть этой цели. В других строках он признается: "Меня пчелы заставили сложить оружие перед силой своего непреодолимого стремления к роению".
Пришлось признать роение неизбежным, начать изучать его, чтобы извлечь из него выгоду. Так он пришел к системе роевой свободы, отказался от всяких противороевых приемов, признав их грубыми, насильственными, противоестественными. Даже провозгласил девиз: "Ближе к природе и поменьше ломки!", который в немалой степени был справедлив.
Семья пчел способна отпустить несколько роев. Самым ценным А.С. Буткевич считал первый рой - первак. Такие рои он обычно оставлял на племя, для замены плохих семей, если матки в роях были не старше года или даже двухзимовалые, по яйценоскости особо выдающиеся, и использовал для получения меда. Если племенной рой средний, а к зимовке станет достаточно сильным и богатым медом, чтобы благополучно перезимовать, то от него он большего и не требовал.
Бесспорно, самым оригинальным звеном в его системе роевой свободы были семьи-медовики. По ним свою систему пчеловодства он назвал рое-медовиковой. Медовиками обычно называли семьи нароившиеся, которые благодаря этому сохраняли силу и давали меда намного больше семей, "переболевших" роением. А.С. Буткевич создавал медовик специально, из роев, которых было у него больше чем достаточно. Центр тяжести доходного пчеловодства он перенес на медовики, где роевая пчела, по его словам, как бы "перерабатывается" на менее зимовалые семьи - это основной костяк пасеки, ее фонд. Их назначение - быть поставщиками живой рабочей силы для медовиков. От них требуется, чтоб они хорошо перезимовали, весной быстро развивались и роились. И для этого создавал им самые благоприятные условия - обилие корма, молодые высокоплодовитые матки, объем гнезда, соответствующий их силе по времени года. Конечно, не освобождались они и от обязанности давать мед, но эта задача отступала на второй план. Мед должны были давать медовики.
Мысль о медовиках возникла у А.С. Буткевича не случайно. Во время бурного роения, особенно после небольшого ненастья или перед дождем, не раз рои объединялись сами по себе. Один рой прививался на другой, а то соединялись и три-четыре одновременно вышедшие рои. Эти мощные свалочные рои разных семей показывали чудеса энергии, быстро отстраивали гнезда, давали очень много меда. Медовики он создавал массой 6-8 кг и притом, чем ближе к началу цветения главных медоносов, тем делал их сильнее. Легковесные объединенные рои собирали меньше меда, более сильные, естественно, дают меда больше, но в пересчете на единицу веса пчел количество меда начинает снижаться, когда масса превышает 8 килограммов. Поэтому наиболее рациональной он признал силу до 8 килограммов. Медовикам он оставлял плодных маток. Неплодных считал ненадежными, они могли потеряться при спаривании, а тогда большое количество пчел сиротеет, выходит из строя.
К тому же, как выяснил, расплод играет роль сильнейшего возбудителя энергии пчел. При плодной матке медовик сразу включается в работу всеми своими резервами, не теряя ни одного дня, чего не бывало при матке неплодной. Неплодная матка - это даже не полматки. Медовики - семьи временные. В зиму они не шли, после медосбора подлежали ликвидации. Мед и отстроенные ими соты шли в доход.
Так, казалось бы, зачем им выращивать потомство, которое народится уже после медосбора и не примет участия в полезной работе? Если не допустить расплода, высвободятся пчелы-кормилицы и переключатся на сбор меда, экономится мед, который расходуется для выращивания личинок.
Опять опыты. А.С. Буткевич заключал матку в клеточку сразу же при формировании медовика. Оказалось, что энергия пчел, работающих при матке, свободно откладывающей яйца, "по меньшей мере вдвое больше энергии роя с заключенной маткой". Даже ограничение матки разделительной решеткой на нескольких сотах сдерживает летную деятельность пчел, продуктивность сильно падает. Только с окончанием медосбора, после отбора меда и сокращения гнезд он заключал маток в клеточки. Через три недели в гнездах не оставалось расплода. Матки-пленницы содержались до ликвидации медовиков. Их пчелами (в среднем по 1 килограмму) он подсиливал семьи, которые шли в зиму и в этом нуждались. Делал это ближе к осени, когда пчелы собирались в клуб.
Мощные семьи-медовики стали одним из важнейших звеньев современной технологии промышленного и любительского пчеловодства. Их создают с помощью искусственных роев-отводков, подключением вторых маток, усилением летными резервами семей-помощниц, соединением семей. Рекордные медосборы в нашей стране получены объединенными семьями-медовиками и, как показывает мировая практика, возможности здесь далеко не исчерпаны.
Всеми пчеловодами признается основное правило - не держать на пасеке слабые бездоходные семьи. Однако они все-таки бывают почти у каждого, даже опытного и знающего дело. Ведь в природе рождаются не только сильные организмы, но и слабые. А.С. Буткевич их ликвидировал: если матки у них плохие и старые, пчел присоединял к каким-нибудь средним семьям. Маток уничтожал. Исправлял за счет сильных только семьи с хорошими матками. Подсиливал их или пчелами - ранней весной, или печатным расплодом - позже. Вообще считал, что плохая матка не может сделать семью сильной, продуктивной.
"Хорошая матка,- говорил он,- способная превратить слабую семью в исправную, несомненно должна считаться основой доходного пчеловодства, и не только потому, что она создает силу семьи, но и в силу того, что семья с хорошей плодовитой маткой работает лучше". Такое наблюдение еще выше поднимало значение племенной работы.
Девиз Г.П. Кандратьева: "Имейте на пасеке только сильные семьи".
Девиз А.С. Буткевича: "Имейте на пасеке только хороших маток". Его верность подтверждена всей мировой практикой. Пчеловоды говорят: "Плохая семья - плохая матка".
Современная технология искусственного вывода маток позволяет выращивать маток высочайшей плодовитости, которые способны создавать семьи огромной силы к нужному сроку.
Плохая матка в лучшем случае в состоянии лишь поддерживать количество пчел на одном уровне и неспособна его увеличить. "Хорошая матка,- утверждал А.С. Буткевич,- может из слабой семьи сделать сильную. Наоборот, сильная семья с малоплодовитой маткой сходит на нет".
Он предпринял ряд важных исследований, в частности, в каком возрасте яйцекладка достигает наибольшего развития, с матками какого возраста и качества пчелы больше всего роятся, в каком возрасте матки чаще умирают в зимовке, с какими матками пчелы лучше работают.
Сам А.С. Буткевич тщательно следил за качеством своих маток, в племенные семьи отбирал маток, только проверенных по потомству, от лучших, самых медистых и работоспособных семей, не терпел плохих, расплод которых не сплошной, а враскидку, путаный. Считал, что лучшие матки выращиваются при умеренном, стимулирующем медосборе, с которым как раз и совпадает подготовка пчел к роению, а не в голодное безвзяточное время и не при главном медосборе, когда им, так сказать, не до маток.
Один из важнейших путей увеличения продуктивности пчел - улучшение их породы. На него не раз указывали наши пчеловоды-классики. Однако А.С. Бут­кевич впервые в истории пчеловодства выдвинул идею применения принципа зоотехнии к медоносным пчелам и определил конкретные методы и формы племенной работы. В основу племенного дела в пчеловодстве он положил чистопородное разведение. "Чистота породы,- говорил А.С. Буткевич,- должна быть сохранена в неприкосновенности". Вопрос о племенном разведении пчел А.С. Буткевич считал очень важным, решить который можно только объединенными усилиями пчеловодов. Несмотря на большие успехи современной генетики и селекции, принципы племенного дела, разработанные русским пчеловодом, не утратили своего значения до сих пор. Вполне обоснованно они вошли в практику и учебные пособия по пчеловодству.
А.С. Буткевич внес большой вклад в разработку вопроса о меде, затронув такие важные стороны, как отбор, обработка и уход за медом, сбыт и популя­ризация продукта, производство секционного меда. В пчеловодстве, пожалуй, нет такой темы, которая бы не привлекла внимания А.С. Буткевича и не была затронута в опытах. Тысячи вопросов стояли перед пчеловодной практикой и их надо было решать.
Анатолий Степанович разработал развернутую программу опытов на самые актуальные темы, дал подробную методику их проведения, изложил систему учета и точных записей. Этим он положил начало массовому опытничеству пчеловодов в нашей стране, которое впоследствии превратилось в целое движение, возглавленное Научно-исследовательским институтом пчеловодства.
Кроме добровольческих опытных пасек - лабораторий пчеловодных знаний, он считал необходимым иметь в России специальные опытные пчеловодные станции, как самостоятельные государственные учреждения универсального характера, которые располагали бы большими возможностями для выполнения солидных исследований на высоком научном уровне. Он разработал проект опытной пчеловодной станции, подготовил устав, указал задачи этого учреждения, предложил программу исследований, определил смету построек и инвентаря. Как полагал А.С. Буткевич, станции могли организовываться на базе лучших опытных пасек. В частности, первая в нашей стране Тульская опытная пчеловодная станция как раз и была создана на основе опытной пасеки Тульского общества пчеловодства.
Опытное дело А.С. Буткевич считал одним из важнейших путей выяснения истины, совершенствования технологии пчеловодства. Полезны пчеловодам-практикам не только итоги опытов, но и искорки метких наблюдений, даже сам ход мысли и эксперимента опытника. Обо всем этом он сообщал пчеловодам России в журнале "Опытная пасека", который основал в 1909 году и в течение десяти лет был его редактором.
Своей богатой многолетней практикой А.С. Буткевич делился с пчеловодами и на страницах книг. Пять изданий выдержал "Самоучитель пчеловодства", обогащаясь и пополняясь с каждым новым изданием. Такой же оригинальной и глубокой работой была "Азбука доходного пчеловодства", предназначенная для начинающих пчеловодов. Вершиной творчества А.С. Буткевича стала "Систематическая энциклопедия пчеловодства", над которой он работал восемь лет. В этом огромном семитомном труде затронуты буквально все вопросы пчеловодства, использована вся отечественная и зарубежная литература по пчеловодству. Это приближало энциклопедию А. С. Буткевича к знаменитой энциклопедии А. Рута, которой до сих пор пользуются пчеловоды мира.
В самом конце прошлого века А.С. Буткевич организовал и возглавил Тульское общество пчеловодства. Он читал лекции по опытному делу на курсах инструкторов пчеловодства в Москве. Вместе с академиком Н.М. Кулагиным и профессором Г.А. Кожевниковым входил в экзаменационную комиссию при отделении пчеловодства Русского Общества акклиматизации животных и растений, когда аттестовали слушателей Измайловских инструкторских курсов. И слушатели гордились, что их экзаменовал сам Буткевич. Так велик был его авторитет. Весьма примечательно, что в программе испытаний по работам на пасеке на звание инструктора пчеловодства указывалось: "В объеме книг А.М. Бутлерова и А.С. Буткевича".
А.С. Буткевич - бессменный и активный участник всех важных событий своего времени. Он председательствовал на Всероссийском Бутлеровском съезде пчеловодов в Казани, был председателем русской секции и делал доклад о пчеловодстве России на Втором Всеславянском съезде в Белграде, входил в организационный комитет Третьего Всеславянского съезда.
Общественная деятельность А.С. Буткевича началась со студенческих лет и продолжалась всю жизнь. До конца дней своих Анатолий Степанович сохранил энергию, светлый ум, неизменное стремление к творчеству.
Умер А.С. Буткерич в 1934 году.

Использованы материалы сайта http://lirty.ru
Категория: Знаменитые пчеловоды. | Добавил: vik (19.01.2012)
Просмотров: 3689 | Рейтинг: 4.4/14